СМЫСЛ ДРЕВНЕ-ХРИСТИАНСКИХ СИМВОЛОВ,
ИЗОБРАЖЕННЫХ ВОКРУГ СВЯТО-ИЛЬИНСКОГО ХРАМА.

Самые ранние христианские символические изображения относятся ко временам первых гонений на Церковь в Римской империи.

Мозаики пола времен Константина и Елены в базилике Рождества Христова в Вифлееме.

Тогда символика употреблялась в первую очередь как криптограмма, тайнопись, чтобы единоверцы могли узнавать друг друга во враждебном окружении. Однако смысл символов был всецело обусловлен религиозными переживаниями; тем самым можно утверждать, что они донесли до нас богословие ранней Церкви. Агнец, Крест, виноградная лоза, корзина с хлебами, чаша, голубь, Добрый Пастырь, лилия, павлин, рыба, феникс, якорь, пеликан, орел, хризма, петух, лев, оливковая ветвь, альфа и омега - вот наиболее часто встречающиеся первохристианские символы.

Мозаичный пол с изображением виноградных листьев и гроздий, несущих евхаристический смысл, дополнением к которому служат изображения Евхаристических чаш и рядом с ними плодов гранатовых яблок - одного из вариантов плодов Древа Жизни.

Символизм первохристианского искусства гораздо глубже простых зашифрованных изображений, эти изображения являлись своего рода наглядной проповедью для христиан, подобно притчам, к которым прибегали библейские пророки и нередко обращался в своих беседах Иисус Христос.

 

В 2012 году, в ходе работ по благоустройству территории Ильинской горы, с западной и восточной, северной и южной стороны Свято-Ильинского храма с помощью декоративного мощения были изображены древне-христианские символы: лилия, хризма, рыба и якорь. Что же они означают?

ЛИЛИЯ.

Изображенная в декоративном мощении перед входом в храм лилия является символом невинности и чистоты, символом любящей Бога души. В Книге Песни Песней сказано, что ветхозаветный храм Соломона был украшен лилиями. По преданию, Архангел Гавриил в день Благовещения пришел к Деве Марии с белой лилией, которая с тех пор стала символом Ее чистоты, невинности и преданности Богу. С этим же цветком в Средневековье изображали святых, прославленных чистотой своей жизни. У первых христиан лилия олицетворяла мучеников, которые остались чисты и верны Христу, несмотря на жестокие гонения.

Так и нам должно входить в храм Господень с чистыми и кроткими сердцами, если мы хотим принять участие в Божественной Литургии и достойно приобщиться Святых Христовых Таин.

 

 

 

ХРИЗМА.

Хризма или хрисмон - монограмма слова Христос, что значит Помазанник, Мессия, и которая состоит из двух начальных греческих букв этого слова "ΧΡΙΣΤὈΣ" - "Χ" (хи) и "Ρ" (ро), наложенных одна на другую. По краям монограммы иногда помещают греческие буквы "а" и "ω". Такое употребление этих букв восходит к тексту Апокалипсиса: "Аз есмь Альфа и Омега, начало и конец, говорит Господь, Который есть и был и грядет, Вседержитель" (Откр. 1:8).

Монета императора Магненция с изображением хризмы.

Хризма получила широкое распространение в эпиграфике, на рельефах саркофагов, в мозаиках, в том числе напольных, и, вероятно, восходит к апостольским временам. Возможно, что ее происхождение связано со словами Апокалипсиса: "печать Бога живаго" (Откр. 7:2). Греческое название монограммы "crisma" (собств. "помазание", "миропомазание") может переводиться как "печать".

Монограмма Христа на полу древне-христианской базилики Хрисополитисса.

В среде славянских народов древне-христианская хризма приобрела новый смысл, став символом Боговоплощения или Рождества Христова, по первым буквам, - "Р" и "Х" - его славянского написания.

Хризма на южной стороне Свято-Ильинского храма в Выборге

 

 

РЫБА.

Рыба - один из самых ранних и наиболее распространенных христианских символов. "Ихтис" (др.-греч. Ἰχθύς - рыба) - древний акроним (монограмма) имени Иисуса Христа, состоящий из начальных букв слов: Ίησοὺς Χριστὸς Θεού Ὺιὸς Σωτήρ(Иисус Христос Сын Божий Спаситель), то есть выражает в краткой форме исповедание Христианской веры.

Новый Завет связывает символику рыбы с проповедью Учеников Христовых, некоторые из которых были рыбаками.

При этом и сами христиане часто изображались символическим образом - в виде рыбок. Один из ранних отцов Церкви Тертуллиан писал: "Мы, маленькие рыбки, вслед за нашим Иисусом Христом в воде (благодати) рождаемся и, лишь пребывая в ней, можем быть невредимыми".

Символическое изображение рыбы имеет также евхаристическое значение. В древнейшей части катакомб Каллиста исследователи обнаружили четкое изображение рыбы, несущей на спине корзину с хлебами и сосуд с вином. Это - евхаристический символ, обозначающий Спасителя, Который дарует людям пищу спасения, новую жизнь.

Древняя мозаика, изображающая ступу с хлебами и рыбами, которыми Господь накормил страждущих, находится в Алтаре рядом со священным камнем. На камне, как предполагают некоторые исследователи Нового Завета, Спаситель стоял, когда благословлял рыбу и хлеб перед насыщением ими народа.

В других катакомбах и на надгробных памятниках изображение рыбы часто встречается в сочетании с другими символами и означает насыщение народа в пустыне хлебами и рыбами (Мк. 6:34-44, Мк. 8:1-9), а также трапезу, приготовленную Спасителем для Апостолов по Его Воскресении (Ин. 21:9-22) на берегу Тивериадского озера.

Древне-христианский символ рыбы с восточной
стороны Свято-Ильинского храма в Выборге

 

ЯКОРЬ.

В раннехристианском искусстве якорь являлся символом надежды. Источником для возникновения этого образа послужило Послание к евреям св. Апостола Павла, где мы можем найти следующие слова: "Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетования непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву, дабы… твердое утешение имели мы, прибегшие взяться за предлежащую надежду, которая для души есть как бы якорь безопасный и крепкий, и входит во внутреннейшее за завесу, куда предтечею за нас вошел Иисус, сделавшись Первосвященником навек по чину Мелхиседека" (6:17-20). Таким образом, якорь является для нас атрибутом персонифицированной надежды на спасение во Христе Иисусе от вечной смерти.

Напольная мозаика Морского собора.

Якорь, как древне-христианский символ надежды с северной стороны Свято-Ильинского храма в Выборге.

Со временем, Единая неразделенная Церковь Христова своим соборным разумом 82-м правилом Шестого Вселенского собора отвергла образ Агнца, как символ Крестной Жертвы Христовой: "На некоторых честных иконах изображается, перстом Предтечевым показуемый агнец, который принят во образ благодати, чрез закон показуя нам истиннаго агнца, Христа Бога нашего. Почитая древние образы и сени, преданныя Церкви, как знамения и предначертания истины, мы предпочитаем благодать и истину, приемля оную, как исполнение закона. Сего ради, дабы и искусством живописания очам всех представляемо было совершенное, повелеваем отныне образ агнца, вземлющаго грехи мира, Христа Бога нашего, на иконах представлять по человеческому естеству, вместо ветхаго агнца: да чрез то созерцая смирение Бога Слова, приводимся к воспоминанию жития Его во плоти, Его страдания, и спасительной смерти, и сим образом совершившегося искупления мира".

Также, 73-м правилом того же Собора Церковь запретила изображать Животворящий Крест Христов на земле: "Поелико Животворящий Крест явил нам спасение, то подобает нам всякое тщание употребляти, да будет воздаваема подобающая честь тому, через что мы спасены от древнего грехопадения. Посему и мыслью, и словом, и чувством поклонение ему принося, повелеваем: изображения Креста, начертываемые некоторыми на земле, совсем изглаждать, дабы знамение победы нашей не было оскорбляемо попиранием ходящих…".

Но, сегодня, когда современные средства информации, казалось бы, дают неисчерпаемые возможности для познания собственной Веры, неведомо откуда, появились несчастные«ревнители» собственного невежества, которые от воспаления еще неизжитых страстей прежней жизни стали хулить изображенные по четырем сторонам Свято-Ильинского храма древне-христианские символы, ложно утверждая, что их изображения на земле запрещены 73-м правилом Шестого Вселенского собора. Однако, как мы можем видеть из текста этого правила, Церковь запрещает изображать только Животворящий Крест Христов на земле, даже намеком не упоминая другие древне-христианские символы. Более того, это правило говорит именно о "Животворящем Кресте", а не о всяком ином, простом или декоративном, перекрестии линий. Потому что из трех, найденных равноапостольной царицей Еленой крестов, только один, - Крест Христов, - был Животворящим и достойным поклонения. Два других креста, среди которых был и крест благоразумного разбойника, который, по слову Господнему, первым вошел в райские обители, не были Животворящими и не являлись предметом поклонения для Церкви.

Опять же, если мы будем видеть Животворящий Крест Господень в любом перекрестии линий, то вынуждены будем отказаться от пользования транспортом и дорогами, которые постоянно перекрещиваются, как, впрочем, и тротуарами, которые неизбежно заканчиваются пешеходными переходами на перекрестках. Одновременно, к великой радости противников нашей веры, мы будем вынуждены прыгать как блохи, случайно оказавшись в перекрестии швов плиточных полов в общественных местах.

Поэтому Церковь издревле, изображая Животворящий Крест Господень, двумя дополнительными перекладинами и надписанием на них указывает на то, что сей крест есть не просто декоративное перекрестие линий или орнаментов, а есть образ Животворящего Креста Христова, которым мы спасены "от работы вражия".

Что же касается других древне-христианских символов, то, повторим, Церковь никогда не запрещала их изображение как на стенах, так и на полах христианских храмов, кроме как во времена позорного торжества иконоборчества. Те же, кто будучи заражен гордостным самомнением, вопреки всей традиции Единой неразделенной Церкви, ревнует о своих невежественных мнениях о недопустимости изображения христианских символов в православном храмостроительстве не только на стенах, но и на земле, уподобляется древним фарисеям, которые, вместо наблюдения за исполнением заповедей Божиих, самовольно приняли держаться ложного благочестия: "наблюдать омовение чаш, кружек, котлов и скамей" (Марк. 7:4).

И таковые показывают себя подобными не только древним фарисеям, но и обнаруживают себя новыми иконоборцами, которые, будучи заражены тайным манихейством, забыли о том, что все сотворено "добра зело" (Быт. 1:31); и что мы сотворены из праха земного, который доныне "попираем" нашими ногами; и что Господь, в Своем Святом Воплощении, воспринял эту нашу телесность из праха земного, приобщив ее к Своему нетленному Божеству; и что Господь омыл в Своих Таинствах не только наши головы, но и ноги, что ясно показал на примере Петра (Иоан. 13:6-10); и что Бог есть не только Бог Неба, но и земли (Откр. 11:4); и что в день Святого Богоявления мы освящаем святой агиасмой не только стены наших жилищ, но и "во всяких местах, и скаредных, и всюду кропится, яже и под ногами нашими суть"; и что в будущий век, предсиянием которого наполнены наши храмы, "Бог будет все во всем" (1Кор. 15:28) - таковые желают отнять у нас не просто благолепие, но богатство благодатных и спасительных символов, наполняющих наши храмы, уподобив их печальному запустению протестантских кирх.

Более того, если нам следовать логике этих новых иконоборцев, то следует запретить архиерейские службы. Потому что епископы Церкви на богослужениях стоят не иначе как на орлецах, на которых изображен древне-христианский символ орла в сиянии благодати и город со святыми храмами, и которые, если верить басням новоявленных иконоборцев, предстоятели поместных Церквей в "постыдном неведении" об истинном благочестии "попирают" ногами. Но мы знаем, что где епископ, там и Церковь, и где нет епископа, там нет и Церкви. Что же нам теперь в угоду новым иконоборцам оставить Церковь? Да не будет этого!

   

Самое же печальное, что таковые лжеучителя, «не входя дверью во двор овчий» (Иоан. 10:1), обольщают сердца простодушных и сеют разделение в единое Тело Церковное. Для них полезно будет хорошо помнить и не забывать совсем другое правило этого же Шестого Вселенского собора, - 64-е, - которое гласит: "Не подобает мирянину пред народом произносить слово, или учить, и тако брать на себя учительское достоинство, но повиноваться преданному от Господа чину, отверзать ухо приявшим благодать учительскаго слова, и от них поучаться Божественному. Ибо в единой Церкви разные члены сотворил Бог, по слову Апостола, которое изъясняя Григорий Богослов ясно показывает находяшийся в них чин, глаголя: сей, братия, чин почтим, сей сохраним; сей да будет ухом, а тот языком; сей рукою, а другой иным чем-либо; сей да учит, тот да учится. И после немногих слов далее глаголет: учащийся да будет в повиновении, раздающий да раздает с веселием, служащий да служит с усердием. Да не будем все языком, Если и всего ближе сие, ни все Апостолами, ни все Пророками, ни все истолкователями. И после неких слов еще глаголет: почто твориши себя пастырем, будучи овцею? почто делаешься главою, будучи ногою? почто покушаешься военачальствовать, быв поставлен в ряду воинов? И в другом месте повелевает премудрость: не буди скор в словах; не распростирайся убог сый с богатым; не ищи мудрых мудрейший быти. Если же кто усмотрен будет нарушающим настоящее правило: на сорок дней да будет отлучен от общения церковнаго".

Председатель Отдела религиозного образования и катехизации
Выборгской епархии,
настоятель Свято-Ильинского храма города Выборга
протоиерей Игорь Викторович Аксёнов.

www.na-gore.ru